Рецепт министра Голиковой

Что ждет пациентов и врачей в 2011 году? Как идет модернизация здравоохранения? Как уживаются два федеральных министра на одной кухне? Об этом обозреватель "РГ" беседует с министром здравоохранения и социального развития Татьяной Голиковой.

Российская газета: Татьяна Алексеевна, в преддверии Нового года принято не только подводить итоги, но и строить планы на будущее. Чем для вас более всего памятен этот год?

Татьяна Голикова: Отрасль давно была готова к переменам. Однако почему-то перемены в эту отрасль не приходили...

РГ: Почему пришли именно сейчас?

Голикова: Потому что была уже подготовлена база для системных преобразований за счет реализации нацпроекта "Здоровье". Эти преобразования касаются прежде всего регионального здравоохранения. Ведь основные проблемы именно там.

Именно в региональные учреждения чаще обращаются пациенты. Именно по работе этих учреждений люди судят о всей службе. И сбои в ней наиболее чувствительны. Вот мы и решили в дополнение к нацпроекту "Здоровье" начать реализовывать региональные программы. Они нацелены на улучшение материально-технической базы, ремонт учреждений, обновление оборудования. И это не просто обновление. Это оснащение оборудованием, соответствующим порядкам оказания медицинской помощи по тем заболеваниям, по которым данные учреждения специализируются.

РГ: Кстати, о специализации. В последнее время немало разговоров о том, что многопрофильные специализированные стационары должны быть только в учреждениях федерального подчинения. А удел муниципальных клиник - оказание лишь первичной терапевтической и хирургической помощи. Но разве можно предположить, что, скажем, Боткинская больница Москвы станет в одночасье узкопрофильной?

Голикова: Такое даже трудно предположить. Так что все эти разговоры - не более чем слухи. Напротив, мы стремимся к тому, чтобы в регионах развивалась не только специализированная, но и высокотехнологичная медицинская помощь. Чтобы можно было наконец приблизить ее к пациенту, чтобы человек из Сибири не вынужден был отправляться в Москву или Питер, чтобы ему провели операцию на сердце или пересадку органа.

РГ: Назовите самые значимые для вас события уходящего года?

Голикова: Год был очень богат на них. Без лишней скромности замечу, что, на мой взгляд, он был самым успешным. Объясню - почему. Несмотря на все сложности, нам удалось принять новую редакцию закона об обязательном медицинском страховании, новый закон об обращении лекарственных средств, а также почти завершить работу над новой редакцией закона об основах здравоохранения в Российской Федерации. А еще закон о биомедицинских клеточных технологиях.

Хочу в "Кремлевку"

РГ: О клеточных технологиях? Если можно, об этом чуть подробнее.

Голикова: Разработка этого законопроекта, с одной стороны, наша плановая работа. А с другой, - это очень сложный процесс. Сложный потому, что в России не было, и пока еще нет подобного законодательства.

РГ: А оно что, так уж необходимо? Оно как-то улучшит качество медицинской помощи?

Голикова: Безусловно, да. Поскольку нацелено на легализацию клеточных технологий. Не секрет, что они используются, но как-то подпольно, нелегально. А потому здесь есть лазейка для различных нарушений. Весь мир уже признал, что использование таких технологий в медицине необходимо, что они могут существенно улучшить качество медицинской помощи при многих, порой, самых тяжелых и даже неизлечимых недугах. И нам необходимо обезопасить пациента от непрофессионалов и шарлатанов в этой области, чтобы выйти в ней на мировой уровень.

РГ: В новой редакции закона об обязательном медицинском страховании провозглашено право выбора пациентом врача, медицинского учреждения, страховой медицинской организации. Очень это выглядит заманчиво. Но гложут сомнения. Вот не хочу и не пойду в свою районную поликлинику к своему участковому врачу, с которым у меня не сложились отношения. Хочу в "кремлевку"! Хочу к профессору Х...

Голикова: Я понимаю, что такое желание вполне возможно. Закон позволяет всем медицинским учреждениям, любой организационно-правовой формы - частным, государственным, муниципальным, ведомственным - участвовать в системе обязательного медицинского страхования. И если эти учреждения выразили такое желание, то пациент может их выбрать. Но это произойдет не сразу, поскольку закон предполагает двухлетний переходный период, чтобы хорошо подготовиться к работе в новых условиях. В этот переходный период регионы и федеральные власти будут реализовывать программы модернизации здравоохранения, чтобы подготовиться к тому, что они будут предложены пациентам для выбора.

Но уже правом первого выбора граждане смогут воспользоваться в наступающем году. И я не думаю, что произойдет резкий переход пациентов из одного учреждения в другое. Нельзя забывать о наших традициях, привычках, о сложившемся территориально-участковом принципе организации первичного звена. А если речь будет идти о стационарах, о том, где каждый россиянин захочет получить стационарную помощь? То здесь: пусть стационары борются за пациентов.

Как может происходить это на практике? Лечащий врач предлагает пациенту стационар, с которым уже сложилось сотрудничество. И в таком случае никаких проблем для пациента быть не может. Если же сам пациент хочет в другой стационар, то проблем тоже нет. Но есть условия: возможна очередь на госпитализацию и нужно какое-то время подождать. Это касается только плановой госпитализации. Любая экстренная помощь по жизненным показаниям никогда не откладывается - она должна быть предоставлена в том учреждении, куда пациента "направит" его состояние.

В уходящем году вместе с главными специалистами минздравсоцразвития - а это самые высокие профессионалы в своей области - были разработаны и продолжают разрабатываться новые порядки и стандарты оказания медицинской помощи. Прежде всего это касается болевых точек, таких как онкология, сердечно-сосудистые заболевания, всех проблем репродуктивного здоровья, причем не только женщин, но и мужчин. Мы движемся в направлении создания инфраструктуры для раннего выявления и профилактики перечисленных заболеваний. И очень важно, что в этом процессе участвует не только государство, но и благотворительные организации, и бизнес. Можно говорить, что это некое возрождение милосердия в нашей стране.

Не в кассу, но "в руки"

РГ: Милосердие - это очень хорошо. Тем более что у нас нередко бесплатная медицинская помощь оказывается очень даже платной. Не в кассу, но "в руки" пациент платит. Каково соотношение платной и бесплатной помощи? Сохранится ли у нас бесплатная, гарантированная Конституцией?

Голикова: Конечно, сохранится. Новый закон предпринял попытку четко определить, что такое бесплатная помощь, как государство будет ее оплачивать. Бесплатная и платная помощь - это самое уязвимое место в нашей системе охраны здоровья. Тут многое так запутано, что в одночасье такую сложнейшую проблему не решить. Мы сами в девяностые годы прошлого века, когда не было денег, сподвигли врачей брать деньги с пациентов. До этого ведь такого не было.

РГ: Знаю это по своей личной жизни. Наша семья долгие годы жила на средства частной практики моей мамы - выпускницы Казанского университета. Дома она вела прием пациентов за деньги. Но не дай Бог хоть копейку взять с пациента в поликлинике, где она проработала сорок лет.

Голикова: Сейчас очень важно создавать иной стереотип мышления медиков. А это подчас сложнее, чем вылечить самый сложный недуг. При этом надо иметь в виду, что с проблемой платной и бесплатной медицины, как правило, сталкиваются в крупных столичных городах. В небольших городах в первичном звене, в ЦРБ, муниципальных учреждениях такое явление редко.

Тут многое связано с уровнем жизни. В том числе и с уровнем зарплаты медиков. Я должна признать: наши медики пока не получают достойного вознаграждения за свой труд. И поэтому еще одним нашим приоритетом на ближайшие два года будет повышение заработной платы в нашей отрасли. Понимаю, что это очень непросто. Но заверяю вас, что будем за это бороться с не меньшим упорством, чем с самими заболеваниями.

О лекарствах без слухов

РГ: Не совсем уместно под Новый год говорить о неприятном. Но нельзя обойти эту тему. У нас же страна не только советов, но и слухов. Вот один из них растиражированный некоторыми СМИ. О том, что минздравсоцразвития причастен к ограничению конкуренции при закупке лекарств. В чем тут дело? Все связанное с препаратами очень чувствительно для населения.

Голикова: Для меня подобная информация, признаюсь, неожиданна. При закупках лекарственных препаратов наше министерство строго руководствуется действующим законодательством. Действительно, в министерстве не раз проводились проверки Генеральной прокуратурой, Федеральной антимонопольной службой, Счетной палатой. Проверяющим органам была предоставлена исчерпывающая информация по всем интересующим вопросам. Хочу обратить внимание на то, чего в течение последних трех лет удалось добиться: на каждых последующих торгах цены на лекарства снижались, причем нередко значительно снижались. Иного комментария у меня нет.

(От редакции: на этой полосе мы публикуем официальный ответ минздравсоцразвития)

РГ: Уж если мы заговорили о лекарствах, то никак не обойтись без вопроса о препаратах для детей. Нашей редакции иногда приходится заниматься сбором средств для приобретения жизненно важных препаратов для ребятишек. Разве это не нонсенс, что мы порой ходим с протянутой рукой и собираем с миру по нитке? Разве наши дети не достойны того, чтобы такую миссию взяло на себя государство?

Голикова: Абсолютно с вами согласна. Ведь от своевременного и качественного лекарства зависит не только успех лечения, но нередко и жизнь ребенка. Законодательство в этой сфере существует. Другое дело, что оно не реализуется должным образом. В основном это связано с низким уровнем финансового обеспечения в регионах. Поэтому, несмотря на продекларированное право бесплатного обеспечения лекарствами детей до трех лет и детей-инвалидов до 18 лет, оно не везде и не всегда соблюдается.

В этой связи очень важно, что президент в своем Послании нацелил губернаторов на необходимость выделения не менее 25 процентов средств в рамках программ модернизации здравоохранения на детское здравоохранение, включая лекарственное обеспечение. Но и этого недостаточно. Поэтому мы будем планомерно двигаться по пути решения этой задачи, которая значительно зависит от финансовых вливаний. Но ничего не вижу плохого, более того, считаю, надо приветствовать участие в этом процессе благотворителей и представителей бизнеса. У нас одна страна, и в ней не должно быть чужих детей.

Два министра на одной кухне

РГ: Под Новый год можно пренебречь министерскими регалиями и поговорить "за жизнь". Уверена, что многих наших читателей интересует, например, как два министра уживаются на одной кухне?

Голикова: Чудесно уживаются! У меня замечательный муж. И если бы все мужья были такими, в нашей стране были бы очень крепкие семьи.

РГ: А вы уверены, что Виктор Борисович ответил бы на мой вопрос так же?

Голикова: Думаю, да. Но только бы к этому ответу он добавил, что мало видит свою жену.

РГ: Виктора Борисовича мы обычно видим в красивых галстуках. Он их выбирает сам? Или это ваша прерогатива?

Голикова: У нас это совместное решение. Причем при участии нашего близкого друга Сергея. Поскольку делаем это только во время отпуска.

РГ: Перед Новым годом все, особенно женщины, кидаются в шопинг. Вы лично шопинг любите?

Голикова: Люблю покупать подарки. Но на это, увы, не всегда есть время.

РГ: А время для чтения, посещения театров, концертов? Был когда-то замечательный спектакль во МХАТе "Соло для часов с боем". Его записали на пленку и нередко показывают по телевизору. И всегда показывают в зрительном зале бывшего министра здравоохранения академика Бориса Васильевича Петровского, который на том спектакле был. Бориса Васильевича знала. Знала, что он часто бывал в театрах, на концертах. А вы?

Голикова: Крайне редко. Постоянный дефицит времени. В этой ситуации тоже выручают друзья. Иногда чуть ли не в принудительном порядке присылают билеты и требуют прийти. И это замечательно. Что касается чтения, то читаю только в отпуске. Причем, как правило, литературу философского или и исторического характера. Детективы и любовные романы не читаю.

РГ: Такая вот вы правильная...

Голикова: Не считаю, что я уж такая правильная. А нежелание читать детективы и любовные романы связано с тем, что с первых страниц, как правило, ясен конец. А мне больше по душе интрига или размышление.

РГ: В вашем кабинете шестнадцать телефонных аппаратов. И даже во время нашей беседы начинали они иногда сразу в несколько голосов звонить.

Голикова: Но их же нельзя, не имею права, отключать. Так что уж миритесь с этим явлением, это часть моей работы. Хотя во время нашей беседы часть аппаратов была переведена на приемную.

РГ: Вы изводите себя какими-либо диетами? Ведь, согласитесь, нелегко сохранять такой вес, такую идеальную форму?

Голикова: С чего вы взяли, что это идеальная форма? Нужно еще много над собой работать. Диет нет. Питание раздельное. Сладкого не ем.

РГ: Где встречаете Новый год?

Голикова: Это домашний семейный праздник. Традиционно встречаем его дома. Главное с мужем. Нарядим живую елку.

РГ: Чтобы вы, министр, красивая женщина могли пожелать читателям "Российской газеты"?

Голикова: Если как министр здравоохранения, то, конечно, здоровья, улучшения качества жизни. И, поверьте, мы будем делать для этого все возможное, а иногда и невозможное. А как просто женщина: любви, семейного тепла, как можно больше детей и друзей. Всем читателям и коллективу "РГ" счастливого Нового года!

Заявка на вступление в Ассоциацию